Разработан беспилотный аппарат-перехватчик вражеских дронов


Настоящую реинкарнацию гладкоствольной артиллерии и легкого стрелкового оружия для пехоты сулит изобретение конструктора Александра Константиновича Кузнецова. Его идея проста как все гениальное. И даже удивительно, что никому не приходило в голову сделать то, что сотворил наш соотечественник.

Интересный способ борьбы с ударно-разведывательными беспилотниками предложил концерн Воздушно-космической обороны «Алмаз-Антей», известный своими мощными «трехсотками», а теперь уже и «пятисотками».

По его заданию студенческое конструкторское бюро авиационного моделирования Московского авиационного института разработало беспилотный аппарат-перехватчик вражеских дронов. Его предварительные испытания уже обнародованы.Сообщается, что беспилотник-перехватчик имеет взлетную массу 23 кг и размах крыла 3 м. Управление осуществляется оператором через визор — на аппарате установлены бортовые телевизионные системы обнаружения, наведения и прицеливания. Стрельбовый комплекс реализован на базе гладкоствольного карабина «Вепрь 12 Молот» 12 калибра с электронным спуском и коробчатым магазином на 10 патронов. Аппарат делает выстрелы в автоматическом режиме, продолжая лететь заданным курсом.

Уничтожать беспилотники, которые ведут разведку позиций различных комплексов ПВО, а также пытаются их атаковать, предполагается стрельбой картечью. В этом случае разработчикам отечественного дрона-истребителя может очень даже пригодиться изобретение Александра Кузнецова. Применение его качественно повысит боевые возможности беспилотника, создаваемого «Алмаз-Антеем» и МАИ. Но сначала чисто техническое отступление. Основной недостаток гладкоствольных стрелковых систем — значительное рассеивание поражающих элементов, начинающееся уже через пару десятков метров от среза канала ствола. Так же быстро падает убойная сила поражающих элементов.

Объяснения этому вроде бы лежат на поверхности. Картечины и дробинки не идентичны по своей массе и форме, то есть что-то летит быстрее, что-то медленнее, часть вообще уходит в сторону от линии прицеливания. К тому же, они не вращаются, как пули, выпущенные из нарезных стволов, соответственно не устойчивы в полете. А есть еще закон Бернулли. Согласно ему, гораздо большее влияние на полет относительно легких поражающих элементов, выпущенных из гладкого ствола, оказывает разница в давлении вокруг их первоначально плотного роя. Пороховые газы, вырвавшиеся из ствола, с огромной скоростью обтекают пучок картечи, создавая вокруг нее область низкого давления, которое просто отсасывает картечины, разрушая их «сплоченность». Дальше процесс усугубляется и неравномерным сопротивлением воздуха, и фактической разнокалиберностью поражающих элементов.

Избежать этого казалось невозможно в принципе. Наверное, все видели замедленные кадры выстрела из пушки. Снаряд еще не успел отлететь и на несколько сантиметров от дульного среза, а его уже обтекает огненная волна продолжающих гореть пороховых газов. Александр Кузнецов сумел найти такое решение, которое позволяет запереть пороховые газы в канале ствола, пока картечь не улетит на приличное расстояние. Свои эксперименты он проводил на гладкоствольном охотничьем ружье 12-го калибра — таком же стволе, который использовали создатели нашего дрона-перехватчика.

Результаты оказались впечатляющими. Шарики картечи, сохраняя убойную силу, летели плотным слоем на расстояние до 200 метров. Но самое удивительное, не было выброса пороховых газов, а значит — пламени и звука выстрела. Значительно уменьшилась и отдача. Расчеты показали, что эффект можно значительно улучшить. Не стану раскрывать всех секретов изобретения Кузнецова. Скажу лишь в общих чертах.

Эффект эжекции технически грамотным людям известен. К примеру, в танковых пушках он давно используется для продува канала ствола после выстрела. На стволе устанавливается эжекционная камера — она хорошо видна на всех пушках наших танков. В эту камеру при выстреле уходит часть газов, создавая в ней повышенное давление.

После вылета снаряда, эти газы устремляются к дульному срезу, увлекая за собой то, что осталось в стволе, ближе к его казенной части. И в башню газы практически не попадают. Так вот, Александр Кузнецов разработал своеобразную эжекционную центрифугу, которая крепится на конце ствола. Газы, вытолкав из ствола пучок картечи, закручиваются в этой центрифуге и на какое-то время устремляются под большим давлением обратно в ствол, запирая в нем те газы, которые еще не вырвались наружу. Все длится доли секунды. Но этого времени хватает, чтобы картечь из гладкого ствола отлетела на расстояние, где влияния газов минимально. Газы, естественно, из ствола все-таки выходят, но уже без пламени выстрела и практически без шума.

Что дает реализация изобретения Кузнецова оружейной промышленности? Революцию во всем стрелковом деле — не больше и не меньше. Как сообщают разработчики, наш беспилотник-перехватчик способен производить прицельную стрельбу по летающим объектам, сохраняя при этом полную управляемость. Но проблемы, скорее всего, возникнут. Главные из них — немалая все-таки отдача при стрельбе картечью и высокое ее рассеивание со стремительной потерей убойной силы металлических шариков.

Если использовать то, что предлагает Кузнецов, то можно решить все задачи, сделав пока еще студенческую самоделку, пусть и весьма интересную, настоящим и очень эффективным истребителем дронов. Поскольку отдача при выстреле значительно уменьшится, можно установить несколько стволов, повысив площадь поражения. Дальность кучной стрельбы с применением специальных поражающих элементов в виде оперенных стрел возрастет до нескольких сот метров. При этом, что очень важно при борьбе с маневрирующими беспилотниками, дальность начала рассеивания поражающих элементов можно регулировать — так же как регулируется подача воды через пожарный рукав, либо широким леечным разбросом, либо прицельной мощной струей.

Вообще, Кузнецов давно предлагает конструкторам-оружейникам создать новый стрелковый комплекс автоматический — СКАТ. Он может быть на основе гладких стволов или нарезных. Для боевой авиации, например, это может быть система разнокалиберных стреляющих устройств с минимальной отдачей и высокой энергией выстрела. Для сухопутных войск это могут быть скорострельные
малокалиберные гладкоствольные пушки, которые просто выкосят все в радиусе нескольких сот метров потоком картечи или оперенных стрел. При этом гладкие стволы в производстве значительно дешевле нарезных. Да и пехотинец может получить на вооружение гладкоствольный автомат с почти фантастической по сегодняшним меркам плотностью огня, когда для гарантированного поражения противника даже целиться особо не потребуется.

Увы, отношение к таким изобретателям-одиночкам, как Кузнецов, в нашей стране исторически скептическое. Достаточно вспомнить образ Левши. Между тем реализованная Кузнецовым идея витает в воздухе.

Не хотелось бы, чтобы первыми «гладкоствольными революционерами» оказались западные оружейные фирмы. Если лидерами внедрения СКАТа станут разработчики систем ПВО, то они сохранят за собой первенство в борьбе не только со стратегическими воздушными целями, но и с малыми, зато очень опасными дронами врага. А Россия сохранит первенство в реализации новых подходов к созданию стрелковых комплексов ХХI века.

Источник: Российская газета