Как защитить учителей и учеников от массовой взаимной травли — Российская газета


Буллинг, взаимные оскорбления и унижения, физическое насилие… Когда школа превратилась в арену для взаимной травли? Почему учитель, который когда-то для многих семей был родным и близким человеком, превратился в мучителя?

Вот факты. Сахалин: учительница русского языка и литературы унижает девочку перед всем классом, называет ее «приемной» из-за дырки в кофте. Оренбург: учитель физкультуры надел на голову третьеклассника плавки. Томская область: учительница ударила второклассника головой о парту, став фигурантом уголовного дела. Но самое тиражируемое видео последних недель — из Комсомольска-на-Амуре.

Педагог высшей категории с 24-летним стажем работы, догоняя ребенка, гневно спрашивает: «Я тебе кто? Ты кто такой? Кто себе позволяет так себя вести? Почему ты мешаешь всем?» И отвешивает мальчику тяжелые затрещины. Впрочем, сам ребенок также пытается дать сдачу взрослому человеку.

Видео мгновенно разлетелось по социальным сетям. Реакция на отнюдь не педагогическое ­поведение учителя не заставила себя долго ждать. В министерстве образования и науки края начали проверку произошедшего, а педагога отстранили от работы до выяснения всех обстоятельств.

— По факту, который произошел в школе № 37 города Комсомольска-на-Амуре, сейчас проводится служебное расследование. Для помощи педагогическому коллективу и управлению образования командированы психологи из Центра психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи города Хабаровска, — заявили в минобрнауки края.

В ведомстве добавили: учительница характеризуется только с положительной стороны и никогда раньше себе такого не позволяла. В этой школе работает более десяти лет.

На защиту педагога встали и многие из родителей одноклассников пострадавшего. Если верить сообщениям на местном форуме, девятилетний мальчик — настоящая гроза школы. Матерится, обзывает учителей и сверстников, бьет сестру. «Учительница просто сорвалась», — говорят они.

И учителя, и ученики живут в условиях взаимной беззащитности друг перед другом. Фото: Depositphotos.com

Между тем дело не ограничилось служебной проверкой. Уголовное дело по факту случившегося завел Следственный комитет. Следствие выяснит, какие условия жизни и воспитания ребенка в семье, даст оценку действиям (или бездействию) должных лиц школы, а также органов системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

Физическое или какое-либо другое насилие в школе недопустимо: это факт, который должен быть непреложным. Но также очевидно, что нельзя клеймить человека, не разобравшись, не рассмотрев случай со всех сторон. Проблема, к сожалению, системная. И, наказав лишь одного виновника, ее не решить.

— К сожалению, когда судит толпа, она не взвешивает рационально все плюсы и минусы, не анализирует ситуацию или образовательные результаты, не разбирается в сложных отношениях участников конфликта. Толпа сразу навешивает ярлыки, ищет и клеймит виновников. Оградить как учителя, так и ребенка от такой массовой травли чрезвычайно сложно, — считает директор Института развития образования НИУ ВШЭ Ирина Абанкина. — Мы живем в новом «стеклянном доме» — в условиях тотальной информационной прозрачности. Когда любое твое слово, любой поступок ученик может снять на видео и выложить в соцсеть. Это не хорошо и не плохо — это данность, от которой уже никуда не деться. Единственный способ избежать подобных случаев, на мой взгляд, это создать внутри педагогического коллектива неформальный «кодекс чести» — список норм культурного поведения, утверждающий уважительное отношение к ученикам, коллегам, родителям. Это должно быть в каждой школе, в каждом колледже или вузе, даже в каждом детском саду. Потому что никакая инициатива «сверху» не поможет: эффективны только внутренние нормы, которые «растут» в людях достаточно долго.

За учительницу из Комсомольска-на-Амуре вступились не только родители: под петицией, призывающей освободить педагога от уголовной ответственности, уже более тысячи подписей.

И все-таки, почему так происходит? Почему учителя все чаще срываются, попадают в безвыходные ситуации? С одной стороны, в течение 30 лет шел «двойной отрицательный отбор», когда в педвузы шли далеко не самые сильные абитуриенты. А потом в школы шли выпускники, которые не смогли найти более денежную работу. Ситуация начала исправляться только в последние годы.

Толпа сразу навешивает ярлыки, ищет и клеймит виновников. Оградить как учителя, так и ребенка от такой массовой травли чрезвычайно сложно

Дети тоже изменились? Или у них в руках просто появились камеры? По данным ежегодного мониторинга эффективности школы РАНХиГС, большинство педагогов (61 процент) видят снижение уважения школьников к взрослым. А треть прямо говорят об ухудшении поведения школьников.

По данным исследования ВШЭ, 70 процентов педагогов хотя бы раз подвергались насилию и травле со стороны учеников. Агрессивное отношение подростков связано с желанием повысить авторитет в глазах одноклассников. И что особенно тревожно, учителя с тяжелым материальным положением подвергаются буллингу в два раза чаще. Работать в таких условиях никто в педагогических вузах не учит…

Не самая высокая зарплата, огромная ответственность и нагрузки: для многих регионов типичная ситуация, когда в классе на одного учителя — 35 детей и более. Добавьте сюда бесконечное количество бюрократических отчетов, требование руководства показать определенный образовательный результат, работу на полторы-две ставки. И — чувство вседозволенности у детей. Отсюда и срывы, и профессиональное выгорание. Ситуацию может переломить только системный подход: достойная зарплата, комфортные, современные условия труда и чувство защищенности.

— Мы крайне негативно относимся к подобным случаям, изучаем ситуацию в каждом учреждении. И могу сказать, что проблема профессионального выгорания — это не пустые слова и не попытка расписаться в бессилии, это реальный факт, — говорит зампредседателя Общероссийского профсоюза образования Татьяна Куприянова. — Необходимо создать систему мер поддержки, профессиональной реабилитации учителей. Причем нужны специальные научные исследования негативных факторов, которые влияют на работу учителей, и разработать средства профилактики. Это государственная задача.

— С этической точки зрения подобное поведение учителей абсолютно непрофессионально. Мы понимаем, как важно сейчас наладить в школе работу психологических служб, профилактику подобных случаев, — говорит замдиректора департамента развития педагогических кадров и контроля управления ресурсами минпросвещения Светлана Ермакова. — Не случайно в рамках новой модели аттестации педагогов мы говорим о психолого-педагогических и коммуникативных компетенциях. Потому что этим учителям их явно не хватило.

Напомним, новая модель аттестации учителей будет утверждена в 2020 году. Она позволит оценить уровень квалификации педагога по четырем компетенциям: предметной, методической, психолого-педагогической, коммуникативной. Кроме того, в каждом регионе будут созданы центры непрерывного развития профессионального педагогического мастерства. Но будет ли этих мер достаточно?

Комментарий

Татьяна Суздальницкая, мама двоих детей, член экспертно-консультативного совета родительский общественности при Департаменте образования Москвы и Союза писателей России:

— Жестокость в школах — сложнейшая, многогранная проблема. И ученики, и учителя настолько сегодня загружены, что живут в состоянии хронического стресса. Отсюда и вспышки агрессии, еще более жестокие и более частые, чем это было в наше время. И все это — в ситуации полной и взаимной беззащитности друг перед другом. Как часто бывает невозможно доказать, что учитель унижает ребенка, так и у учителя нет никаких реальных инструментов привлечь к ответу хулигана, который терроризирует весь класс. Отделы предупреждения правонарушений несовершеннолетних работают неэффективно. Ну проведут они беседу, ну пошлет их всех этот подросток подальше — и продолжит измываться над всеми: одноклассниками, учителями, родителями.Первая реакция, которая появляется при просмотре нашумевшего видео из Комсомольска-на-Амуре: ах, бедный ребенок. Но с другой стороны, я представляю, как нужно было довести педагога, чтобы он решился на такой шаг. Должна быть разработана система, когда у педсовета и родительского комитета появились бы реальные механизмы защиты. Чтобы за систематические и многочисленные нарушения опасного ученика можно было исключить из школы, перевести на домашнее обучение. А в отношении родителей за их бездействие — привлекать органы опеки.

Подготовила Ксения Колесникова.

Мнение психологов

Ольга Маховская, психолог, автор книги для родителей «Думай, как ребенок, поступай, как взрослый»:

— Будущим педагогам я бы читала курс «Психология наказания» — о том, что происходит с ребенком, когда его наказывают. Что с ним происходит в момент, пока на него орут. Через полчаса, когда он перестал плакать или возмущаться. Вечером, когда ему добавляют родители. Ночью, когда его мучают кошмары. Что происходит с ним завтра и через 20 лет — когда распадается союз с любимым человеком только потому, что тот повысил голос, и началось… В отличие от родительских наказаний школьные чаще всего происходят на виду у всего класса. Молчание одноклассников обычно расценивается жертвой как согласие и поддержка, «хор» в древней как Греция трагедии — многократное усиление. В результате возникает эффект лапидации, побиения камнями.В оправдание педагогов, работу которых сегодня мало охотников вершить, могу только с горечью заметить — их точно так же публично, на педсоветах, распекают.

Марина Рослякова, школьный психолог:

— Я думаю, что не бывает трудных детей. Есть дети, которым трудно. Это ребята, которым не хватает родительской любви и внимания. Это дети с психоневрологическими заболеваниями, которым сложно общаться со сверстниками. Таким школьникам необходимо грамотное сопровождение педагогов и их поддержка. Работать педагогам с ними нужно прежде всего не кулаками или криком, а словом. Их этому, хочу заметить, специально обучают в институте. Не получается? Это непрофессионализм. Уходи из школы. С другой стороны, дети сейчас пошли немного другие. Они с раннего возраста знают свои права и часто намеренно провоцируют учителей, ощущая свою безнаказанность. Поэтому учителя вынуждены «защищаться».

Подготовили Елена Яковлева, Юлия Гарднер.

А как у них?

Телесные наказания применяют в южнокорейских школах: за серьезные нарушения учитель может нанести несколько ударов специальной палкой по ягодицам ученика.

В Сингапуре для поддержания дисциплины среди мальчиков на уроках может использоваться легкая ротанговая трость.

Наказывают детей и в некоторых штатах США. Например, в школах Алабамы, Арканзаса, Джорджии. Для этого чаще всего используют специальную «шлепалку».

Но в большинстве случаев, как в США, так и в Канаде, самым тяжелым наказанием считается временный запрет посещать школу. При этом если ребенка наказали из-за непослушания во время урока, родители обязаны показать хулигана психотерапевту.

Источник: Российская газета