Путин преподал урок политического дзюдо


Настоящий урок политического дзюдо: когда 1 сентября во Владивостоке Владимир Путин говорил об отношениях с Японией, он дал Японии надежду на «компромисс» в вопросе островов Южно-Курильской гряды. Правда, «компромисс» Путин обусловил повышением уровня доверия между Москвой и Токио, как между Россией и Китаем к моменту разрешения между нами территориальных споров. «Если мы добьемся такого же высокого уровня доверия с Японией, то и здесь мы можем найти какие-то компромиссы», — отметил глава российского государства.

О характере компромиссов, о том, какой конкретно путь может Россия пройти навстречу Японии в решении по островам, Путин не сказал, но само сладкое для японцев слово — «компромисс» — было все же произнесено. В культуре дзюдо, где обязательно внимательное наблюдение за партнером, считывается подача любого, даже очень слабого сигнала, и я уверен, что слово «компромисс», пущенное Путиным, застряло в мыслях японцев, словно стрела.

Как известно, Япония до сих пор отказывается заключать с Россией мирный договор по итогам Второй мировой, потому что считает все четыре наших острова — Кунашир, Шикотан, Хабомаи и Итуруп — своими. Таким образом формально Япония все еще с Россией в состоянии войны. Наши восточные соседи не просто требуют — они демонстрируют горячее желание заполучить себе острова.

С горячим желанием можно работать. Этим крючком пользуются женщины. Горячее желание умело обращают на пользу своих стран дипломаты. Горячее желание — то, что не пропускают в своих наблюдениях разведчики, но обязательно выдерживают паузу.

Путин японцам ничего не обещал. Наоборот, он начал с того, что Россия территориями не торгует. «Мы не торгуем территориями, хотя проблема заключения мирного договора с Японией является, конечно, ключевой. И нам бы очень хотелось с нашими японскими друзьями найти решение этой проблемы. У нас еще в 1956 году был подписан договор, и на удивление он был ратифицирован и Верховным Советом СССР, и японским парламентом. Но затем японская сторона его отказалась выполнять. Ну, затем и Советский Союз как бы свел тоже на нет все договоренности в рамках этого договора», — отметил Владимир Путин.

Но и в этой борцовской стойке есть характерное для дзюдо покачивание перед мгновением схватки. Мирный договор с Японией важен. Решение хочется найти. А потом — заброс в историю, когда СССР чуть ли не в пике своего ядерного могущества идет на соглашение с Японией, соглашаясь на передачу Шикотана и Хабомаи Японии. Да, было так. Под давлением США японцы тогда пошли назад. Американцы заставили их просить у СССР целых четыре острова, добавив в корзину требований еще два, да куда больших.

Соединенным Штатам они были нужны, чтобы воткнуть у нас под носом свою базу, вот дело тогда и заглохло. Японцы от ратифицированного соглашения 1956 года отказались. СССР тоже отодвинул вопрос, мол, над нами не каплет, как, впрочем, и сейчас.

В любом случае принадлежность островов России — официальный результат Второй мировой. Японцам не нравится. Но пересматривать результаты Второй мировой, по словам Путина, — это «ящик Пандоры». Президент России говорил о Калининграде и европейских примерах, но, точно зная, что и японцы это тоже услышат.