Наводнение в Крымске вся правда


За то недолгое время, что прошло после наводнения в Крымске, трагедия обросла множеством слухов. Корреспондент ДГ, побывавший на месте событий, рассказывает всю правду о жизни крымчан.

Люди, которые пишут и говорят о происшествии, разделились на два лагеря. Одни впадают в истерию и сообщают о 4 тыс. трупов, о том, что Крымск и Нижнебаканскую полностью смыло и этих населенных пунктов на карте уже не существует. Другие пытаются быть сдержанными и тоже доходят до крайности, утверждая, что в пострадавшем муниципалитете уже все нормально: МЧС работают, сотен трупов в «магнитовских» рефрижераторах никто не видел, а значит, их нет. Есть еще третья группа людей, очень немногочисленная, которые ничего не утверждают, т.к. ничему не верят.

Но, даже приехав на место трагедии лично, разобраться в происходящем вокруг хаосе невероятно сложно. Истерии добавляют и сами жители, которые до сих пор напуганы и шокированы. Говорят, что власть им сейчас не помогает, что их никто не спасал из затопленных домов. Также рассказывают, что их заставляют подписывать заявление о том, что их оповестили о надвигающейся стихии. Без этой подписи почтальон якобы уходит, не давая компенсаций в 10 тыс. рублей. Гордые крымчане даже говорят, что не возьмут правительственные деньги в обмен на ложь. В то же время многие из них утверждают, что получили помощь без проблем.

Представители районных администраций действительно работают там не покладая рук наравне с волонтерами. Город поделен на «квадраты», которые курирует тот или иной муниципалитет. Чиновники собирают информацию о потребностях граждан, развозят гуманитарную помощь тем, кто не в состоянии сам дойти до пункта выдачи, помогают разбирать завалы.

Ситуация в городе меняется довольно быстро. Если на третий день после трагедии жители периферии еще жаловались, что до них не дошел ни один волонтер, то спустя день добровольцы уже разбрелись по самым отдаленным улицам. В глубинке обосновались и штабы районных администраций.
В целом, впечатления от пребывания в городе на пятый день после ЧП таковы. Крымск весь в пробках: на подъезде к городу пять километров проехать можно примерно за час. По основным магистралям города колонна машин едет медленно и осторожно. Работает много уборочной техники, мусор вывозят тоннами. Волонтеров сотни. Среди них не только частные лица, но и сотрудники и руководители предприятий: «Роснефти», агрофирмы «Нива», агрохолдинга «Кубань», Туапсинского балкерного терминала. Это лишь неполный список компаний, не оставшихся равнодушными (те, которых корреспондент ДГ видел лично).

«Мы не первый раз приезжаем на помощь людям, поэтому наш коллектив отозвался и в этот раз. Здесь все специалисты с высшим образованием, но они трудятся наряду с рабочими. Мы собрались все вместе и приняли общее решение приехать сегодня (11 июля – Прим. ред.). Привезли гуманитарный груз – стройматериалы, продукты питания, бытовую технику, оставили свой «КамАЗ» здесь работать. Ночевать будем в автобусе, в котором приехали», — говорит генеральный директор агрофирмы «Нива» Сергей Черкасский.
На вопрос, сколько средств его компания потратила на помощь пострадавшим, Сергей Владимирович не ответил: «Это беда, а на беде считать деньги неправильно».

Люди, видя представителя СМИ, буквально не дают прохода – спешат поделиться наболевшим. И хотя в прессе уже опубликовано множество историй очевидцев, пройти мимо и не дать возможности выговориться не получается.

«В полтретьего ночи муж проснулся, закричал: «Вставай, наводнение, пойдем маму спасать». А мама у нас живет через дом, она – лежачий инвалид с переломом шейки бедра. Пока мы дошли, вода уже была по грудь. Маму положили на шкаф. Муж выплыл, а я не могу – меня тянет на дно. Еле вылезла. Сидим на крыше: холодно, дождь идет. Муж поплыл посмотреть, что с мамой, смотрит, а у нее из воды выглядывает только лицо. И то – она подложила себе сумку под голову, чтоб она была выше. У мужа травма была, вытащить маму он не смог. Ее достали спасатели. Но мы ее потом три дня искали – обошли и обзвонили все морги, все больницы. Нам везде говорили, что мамы нет в списках. На самом деле, она все это время была в отделении», — говорит потерпевшая Валентина Прынчан.

«Я ночью пришел к соседям: знал, что там две женщины живут. Воды было по горло, да и течение сильное. Перелез к ним через забор, пробрался в дом, а там диваны плавают, кресла. Смотрю, падают саманные блоки со стены, а в проеме двери стоит бабушка в воде. Рядом ее дочь не ходячая, лежит на диване, а диван плавает. Баба Зина каким-то образом поддерживает его, чтобы дочка не утонула. Я стал отодвигать диван, слышу – что-то захрустело. Это начал падать потолок. Я отскочил к двери, в это время потолок действительно рухнул. Я выбил окно, и тут как раз подплыли «мчсовцы» на лодке. Я их позвал, на руках вытащил сначала одну, потом вторую женщину», — рассказывает Юрий Почкай.

Юрий живет в Крымске временно: ухаживает за родителями. Здесь он не прописан, поэтому переживает, что помощь в размере 10 тыс. рублей не получит. По крайней мере, соцработники говорят, что нужны подписи от соседей, подтверждающие, что мужчина на самом деле здесь пребывает уже долгое время. Однако просто так эти подписи не принимаются. Свою правоту надо доказывать в суде.

Предприниматель, живущий по улице Советской, своего имени назвать не пожелал. Он показал масштабы разрушений: магазин, который он сдает в аренду, и дом. Кирпичные постройки устояли, но внутри все разрушено.

«Я проснулся, не смог выйти в дверь. Понял, что идет вода, потому что тоже самое было 10 лет назад в 2002 году. Решили с семьей выходить. Но как? Открыть или разбить окна нельзя, иначе вода хлынет. Нашли форточку, вылезли через нее. Сидим на крыше, вижу, что собака моя тонет. Прыгнул в этот поток и поплыл за ней. Откуда-то слышу: кричит женщина, зовет на помощь. Но она слишком далеко, туда не доплывешь. Что с ней стало не знаю, но думаю, она выжила. Когда вода опускалась, она еще кричала», — говорит предприниматель.

83-летняя жительница Крымска Валентина Ивановна рассказала, что ее разбудила сестра. «Вода накрывала меня, несколько раз я поднималась и снова падала – невозможно было устоять. Сестра уже вылезла в окно и протянула мне палку, я за нее ухватилась и выбралась. Вода доходила до носа, я захлебывалась. Перебрались в летнюю кухню, там валялась перевернутая стиральная машина. На ней мы простояли до утра. До сих пор голова вся в иле – помыть нечем», — рассказывает женщина.

Хозяин другого дома рассказал, историю спасения своей соседки. «Когда уровень затопления достиг трех метров, женщина с двумя детьми забралась на подоконник. Вода стояла прямо под подбородком. Когда окно разбилось, мальчика унесло. Девчушка кое-как удержалась. Мать бросилась за сыном в воду, выловила в другом конце комнаты, — рассказывает собеседник ДГ. – В другом доме бабушка кричала-кричала, потом затихла».

В тот день удалось посетить и Нижнебаканскую, которая также сильно пострадала. Туда гуманитарная помощь доходит в меньших объемах, чем до Крымска, и нуждающихся людей много. Как и в Крымске, за «гуманитаркой» ходят не все – люди пытаются восстановить свои жилища.

По словам местных жителей, МЧС пока не разбирало завалы на речке Баканке. И действительно, машин спасателей в поселке мы увидели крайне мало. Река и вовсе стояла в первозданном после стихии виде – горы мусора, деревьев, сильнейший трупный запах. Что будет здесь спустя день-другой после жары, представить страшно.

У Руслана Шариева семья состоит из 12 человек, включая родителей-стариков и пятерых детей. Поднимал их на крышу он вместе с братом. «Спасти надо было всех срочно – счет шел на минуты и даже секунды, — говорит он. – У нас потоп начался в 12 ночи. Слава Богу, что мы еще не спали».

Возможно, благодаря тому, что здесь наводнение произошло раньше, чем в Крымске, погибших людей относительно немного. Остается непонятным одно. Если в Нижнебаканской стихия разбушевалась в полночь, то почему, видя идущий на Крымск поток воды, местные власти не приложили максимум усилий для спасения населения? Ведь в запасе у них было около трех часов. За это время реально разбудить целый город и эвакуировать значительную часть жителей.