Борьба с «Исламским государством»: Китай гневается, Китай колеблется


«Исламское государство» убивает снова и снова китайских граждан — несмотря на это китайское правительство избегает прямой борьбы с террористами. Пекин видит для себя три большие опасности.

Для Китая это было двойным ударом : в прошлый четверг «Исламское государство» в Сирии объявило об уничтожении одного китайского заложника. 50-летний китаец, попавший в руки боевиков при невыясненных обстоятельствах, был убит после того, как его правительство не захотело заплатить за него выкуп. ИГ заявило об этом факте в пропагандистском письме с фотографией убиенного.

Через день после этого погибли трое служащих китайской государственной железнодорожной компании. Они стали жертвами теракта исламистов в отеле Бамако (Мали).

Двойная атака на китайских граждан вызвала однозначную реакцию председателя Китая Си Дзиньпина. Он жёстко осудил преступные деяния боевиков и заявил, что Пекин с террористической активностью будет «решительно» бороться.

На деле, однако, Китай ограничился словами. Китаеведы считают, что для активного вмешательства Китая в сирийские дела понесённые им от исламистов потери слишком незначительны.

Ли Гоуфу из государственного китайского института международных исследований обосновывает эту сдержанность Китая плохими результатами вмешательства Запада в дела на Ближнем Востоке. «Для Пекина ясно, что выбранный Соединёнными Штатами способ решения проблем в Сирии и на Ближнем Востоке не работает,- сказал он агентству Bloomberg (Блумберг). Сирийская политика США привела, как раз наоборот, к эскалации конфликта. «Феномен очевиден: чем сильнее они бьют, тем выше уровень терроризма.»

У Китая есть следующие основания не втягиваться глубоко в ближневосточные конфликты:

• Если Китай активно ввяжется в борьбу с террором, под удар могут быть поставлены десятки тысяч китайцев за границей . В одном только Алжире работают 42 тысячи китайцев, в Ливии — 50 тысяч, все они — потенциальные жертвы террористов.

• В прошлом году за рубеж в качестве туристов выезжали 120 миллионов китайцев. В случае военной активности Китая на Ближнем Востоке, они тоже подверглись бы реальной опасности.

• В результате вовлечённости Китая существенно возросла бы угроза исламистских терактов внутри страны. В провинции Синьдзянь за прошедшие годы радикальные уйгуры многократно устраивали кровавые акции. Мирное в большинстве своём мусульманское меньшинство центральное правительство подвергает очень серьёзным репрессиям. Из-за этого «Исламское государство» поставило Китай в прошлом году на первое место из числа 20 стран, которые «насильственно лишили мусульман своих прав». В Китае проживает около 20 миллионов мусульман. ИГ видит запад Китая частью своего халифата. По данным центрального правительства за него в Сирии и Ираке воюют около 300 уйгуров.

Несмотря на всё выше изложенное, дальнейшая изворотливость Китая в ближневосточном хаосе находится под большим вопросом. После того, как Англия заявила о своём возможном участии в воздушной войне США, Франции и России с «Исламским государством» в Сирии, Китай остаётся единственным государством с правом «вето» в Совбезе ООН, которое всё ещё цепляется за надежду на политическое решение сирийской проблемы. А давление на Китай будет чем дальше, тем всё более и более массированным.